ЛАЛ: СОВЕТСКИЙ САМОЛЁТ НА ЯДЕРНОМ ТОПЛИВЕ

Получение в начале 1950-х термоядерного оружия поставила перед вооруженными им странами вопрос о доставки «груза» на территорию противника. США в этом вопросе было гораздо проще – СССР был окружён сетью американских баз. А вот Союзу пришлось искать другие варианты. Преодолеть расстояние в 25 тысяч километров могла либо баллистическая ракета, либо бомбардировщик с мощным двигателем. И советские учёные задумались: почему бы не создать для этого самолет на ядерном топливе?

Уже в июне 1952 года А. Александров, будущий академик, предложил следующее: «Наши знания в области атомных реакторов позволяют поставить вопрос о создании в ближайшие годы двигателей на атомной энергии, применяемых для тяжелых самолетов». Предложение было рассмотрено, и в скором времени в институте Курчатова начались разработки возможностей применения ядерной энергии непосредственно в авиации.

Исследования пришлось ускорить, так как США в 1955 году выпустили стратегический бомбардировщик В-36 с атомным реактором на борту. А в мае 1956 года в ОКБ Туполева начинаются работы по проектированию первой летающей атомной лаборатории (ЛАЛ). Дмитрий Александрович Антонов (ОКБ Туполева), участник работ, вспоминает:
«Первым делом, в соответствии со своей обычной методикой – сначала все ясно понять, Туполев организовал цикл лекций-семинаров, на которых ведущие ученые-атомщики страны Александров, Лейпунский, Пономарев-Степной, Меркин и другие рассказывали нам о физических основах атомных процессов, устройстве реакторов, требованиях к защите, к материалам, системе управления и т. д. Очень скоро на этих семинарах начались оживленные обсуждения: как сочетать атомную технику с самолетными требованиями и ограничениями. Вот один из примеров таких дискуссий: объем реакторной установки атомщики первоначально обрисовали нам как объем небольшого дома. Но компоновщики ОКБ сумели сильно “обжать” ее габариты, особенно защитных конструкций, выполнив при этом все заявленные требования по уровню защиты для ЛАЛ. На одном из семинаров Туполев заметил, что “домов на самолетах не возят”, и показал нашу компоновку. Атомщики были удивлены: они впервые встретились с таким компактным решением. После тщательного анализа она (эта компоновка) была совместно принята для ЛАЛ на Ту-95».

Первоначально было решено сконструировать наземную версию авиационного реактора для детального изучения и освоения. Основой служила средняя часть фюзеляжа ТУ-95. Совершенно новая радиационная защита использовалась и на стенде, и позже в самой ЛАЛ. На одном из аэродромов Семипалатинска располагалась база Половинка, туда-то и был перевезен экспериментальный стенд в 1958 году. В это же время учёные занимались изготовлением реакторной установки для летающей лаборатории. Для удобства обслуживания на стенде размещалась специальная платформа с подъемником. Это помогало при необходимости спускать реактор из грузового отсека самолёта.
Уже в 1959 году был проведен первый экспериментальный запуск реактора на наземном стенде, который прошёл довольно успешно. Был не только достигнут заданный уровень мощности, но и проверена система контроля радиации и управления реактором, система защитной экранировки. Теперь можно было переходить к экспериментам в воздухе.

Около 34 полётов было проведено уже в мае 1961 года на ЛАЛ как с холодным, так и с рабочим реактивным двигателем. Немаловажно и то, что система показывала довольно высокий уровень радиационной защиты. Это означало, что опыты с самолётами, оснащёнными ядерными установками, можно продолжать. Тем не менее, риск, несомненно, оставался. И самая большая опасность таилась в том, что при аварии атомного самолёта заражение будет катастрофическим. И, хотя показатели защиты во время испытаний были высокими, установка все равно оставалась довольно массивной для летательного аппарата. Необходимы были дальнейшие разработки по выработке компактности ЛАЛ.
Всё это являлось стимулом к продолжению разработок. ОКБ Туполева начинает прорабатывать крупномасштабные программы, направленных на создание и модернизацию тяжёлых самолётов, оснащённых ядерными силовыми установками. Программы были рассчитаны практически на два десятилетия. Итоговой целью было создание к концу 70-80 годов дозвуковых и сверхзвуковых самолетов. Строились невероятные планы. Но им не суждено было сбыться.

В начале 80-х годов СССР меняет направленность разработок, переориентировавшись на мощные межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования, строительство ядерных подводных ракетоносцев. К тому же огромную роль сыграло и то, что американцы, испытав свою В-36 – аналог ТУ-95ЛАЛ, свернули дальнейшие разработки. Догонять и перегонять теперь было некого, а продолжать создание и модернизацию летательных аппаратов на ядерном топливе было накладно и довольно опасно. Правительство СССР приняло решение прекратить исследования в этом направлении.

Один из сотрудников ОКБ Туполева отметил: «Мы испытываем большое удовлетворение результатами этой интересной работы. При этом не меньшее удовлетворение мы получили, когда эти работы были прекращены, так как по своему и мировому опыту знали, что абсолютно безаварийной авиации не существует. Даже единичное разрушение атомной силовой установки могло бы иметь очень тяжелые последствия для большого числа людей». Да и всем нам, безусловно, гораздо спокойней от того, что над головами не летают ядерные реакторы.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *